Ещё когда я в пионерском возрасте читал книжки о войне, уже тогда при рассказах об открытии второго фронта появилось ощущение чего-то неправильного. Позже, уже став достаточно взрослым, я начал понимать: открытие так называемого "второго фронта" я отчётливо понял: всю эту аферу наши капиталистические "союзнички" затеяли исключительно для того что бы участвовать в разделе и разграблении поверженной Германии и разрушенной Европы
Первое сообщение темы, автор — 55den333, 25 августа 2017.
Уважаемый 55den333, не совсем понятно, что для Вас является неправильным?
Второй фронт был открыт в 1944-м году. Об этом не стоит забывать.
1. Во-первых, несмотря на победоносную эйфорию, гитлеровский рейх был ещё в превосходном состоянии и Красной Армии пришлось бы понести ещё большие (даже громадные) потери, освобождая в одиночестве территорию всей Европы.
2. Во-вторых, мы сами, начиная с 1941-го года настойчиво просили союзников, и причём многократно, открыть второй фронт.
3. Раздел территорий и разграбление ресурсов поверженного противника, удел всех победителей.
4. Любопытно, какое было бы у Вас мнение, если второй фронт открыли в 1941-м году?
Назвать полноценной аферой открытие Второго фронта было бы неправильно. Там все таки гибли люди и решались кое-какие стратегические проблемы. Но в то же время открытие второго фронта только в 1944 году, при полной уверенности, в уже теперь, всем очевидном разгроме Германии, наводит на некоторые мысли.
Сами силы, введенные в действие, и их вялое, и не всегда успешное наступление опять таки наводят на мысли. И это при всем при том, что против союзных войск на Втором фронте действовали далеко не отборные части фашистской Германии, да и количественно они уступали союзным, как правило, в три-пять раз, в некоторых случаях в десять раз. Получается, что даже в таких тепличных условиях, наступление союзников носило скорее демонстрационно-силовой характер, нежели чем освободительный. Что в принципе подтверждается дрезденской бомбардировкой и другими подобными акциями. Проще говоря, когда союзники увидели, что ограбление Германии принесет больше дохода, чем торговля с Советским Союзом стратегическими товарами, они вступили в войну.